Александра Бройтман
Александра Бройтман — директор по маркетингу и коммуникациям Института искусственного интеллекта AIRI, выпускница Финансовой академии при Правительстве Москвы, МВА программы Московской школы управления Сколково, член сообщества Noodome. С нуля выстроила стратегический маркетинг в традиционно мужской академической среде.
Как вы пришли на работу Институту AIRI и какой один главный совет вы бы дали самой себе в первый рабочий день?
Впервые меня пригласили на собеседование, когда Институт только появился как юрлицо, и в нем даже не было генерального директора. Встреча прошла замечательно, мне дали тестовое задание — написать полноценную стратегию запуска бренда с нуля. Спасибо моей бизнес-школе за опыт, я ответила, что благодарю за предложение и готова описать видение, но за полноценную стратегию нужно платить по рынку — на тот момент сумма варьировалась в районе от 8 млн рублей. Рекрутеры согласились с моим предложением обсудить концепцию, получили от меня вопросы по стратегии Института и … исчезли на пять месяцев.
Прошло четыре месяца, как я начала работать в Яндексе. Такси, когда мне снова позвонили и предложили познакомиться с новым руководителем Института. Помню, ответила, что уже работаю в Яндексе и предложение о работе мне не актуально, положила трубку. Буквально через 30 секунд мне перезвонили со словами: «Вы знаете, когда мы сказали нашему генеральному, что вы уже в Яндексе, он сказал, что тем более хочет с вами познакомиться». Я ответила: «Хорошо. Давайте познакомимся».
Мы созвонились в Zoom и Леонид, первый генеральный директор AIRI, оказался настолько интеллигентным и эрудированным человеком из сферы, с которой я никогда раньше в жизни не пересекалась, что мне самой стало очень интересно, как минимум, с ним пообщаться и понять, что вообще он планирует строить.
Он пригласил меня на сырники, но это оказалось небольшой уловкой: кафе находилось рядом с будущим офисом AIRI, где в тот момент еще шел ремонт. За завтраком мы обсудили задачи и планы, в частности, международные проекты. Но главное — на встрече Леонид влюбил меня в идею и в свой подход к работе. Он был готов рискнуть и дать мне абсолютную свободу. Свободу действовать так, как я считаю правильным. Такое встречается редко, и недолго думая, я приняла решение, что выхожу на позицию директора по маркетингу. У меня был всего месяц, чтобы собрать команду, и еще месяц, чтобы запустить бренд с нуля.
А если говорить про совет самой себе в первый рабочий день, то, знаете, у меня был идеальный первый рабочий день. Поэтому никакого совета. Я была собой, познакомилась с замечательной командой и чувствовала себя максимально комфортно.
Перед вами стояла задача за два месяца собрать команду и запустить бренд института с нуля. Было ли страшно?
Я уходила из известной компании с сильной командой и выстроенными процессами туда, где еще практически ничего не было. Плюс в AIRI была моя первая директорская позиция, поэтому, конечно, включился синдром самозванца: казалось, что генеральный директор, который мне полностью доверился, через месяц поймет, что нанял не того человека.
Было страшно, что уволят и придется заново искать работу. И, конечно же, было страшно представить, как посмотрю в глаза близким, если ничего не получится. Это был достаточно экстремальный ход — перейти куда-то, где ничего нет. Отдельный страх был связан с командой. На ее сбор оставалось меньше месяца, зарплаты в НКО ниже рынка, а требования к людям у меня всегда были высокими. Нужны были специалисты с горящими глазами, готовые строить новое, много работать и одновременно учиться. При этом найти на рынке людей с опытом маркетинга научной организации в сфере ИИ было невозможно, ведь тогда такого опыта не было ни у кого.
Но у вас получилось справиться с этой задачей. По каким принципам вы подбираете людей в команду?
Да, несмотря на все опасения, мне повезло — команду удалось собрать. Сегодня она остается небольшой, но очень слаженной и справляется с огромным объемом задач, порой большим, чем другие знакомые мне коллективы с крупными бюджетами и подрядчиками. При этом для меня команда — близкие люди, и мне особенно важно, кто в нее приходит. Первое, на что смотрю, — это интерес к жизни. Его видно по глазам: хочет ли человек чего-то добиваться и развиваться. Не менее важен интерес к решению сложных задач и отсутствие лени.
В научных коммуникациях почти не бывает готовых коробочных решений — под каждый проект приходится искать новый подход. Еще нужны смелость и внутренний стержень. Ученые очень разные с точки зрения эмоционального интеллекта, поэтому иногда работать бывает непросто. Человек в любой ситуации должен оставаться тактичным и эмпатичным.
Наконец, важны гибкость и желание учиться новому. Например, изначально мы собирались строить бренд научной организации через международную экспансию, открывая лаборатории по всему миру. В итоге изменили курс, и сейчас идем через Россию в мир.
Мне важно, чтобы кандидат был специалистом в своей сфере, но не считал, что уже знает все. Нужны люди, готовые пересматривать привычные подходы, погружаться в незнакомые темы и меняться вместе с задачами Института.
Вы упомянули, что с учеными бывает непросто. Вообще, наука, особенно ИИ — это часто мужской клуб. Есть ли негласный закон этого мира, который вам удалось понять за пять лет?
Мужской научный мир смог воспитать во мне то, что не получилось у отца, потому что он меня любит. Мы с папой много общаемся и очень много спорим. Спорим по-доброму, то есть рассуждаем и обмениваемся мнениями. Есть вещи, в которых мы не сходимся, но я всегда могу остаться при своем. А на работе я поняла важное правило: в мужском научном мире, даже если ты на 100% права как профессионал, нужно уметь отпускать ситуацию, не давить и давать людям шанс проверять все экспериментальным путем.
Мозг ученого устроен так, что ему нужно провести эксперимент. Вероятность, что он просто поверит тебе на слово — 1 из 100. Нужно дать человеку возможность самому прийти к тому или иному выводу.
Есть эксперименты, которые заканчиваются очень быстро, потому что человек просто в голове проигрывает: «Я понял, о чем ты». А были некоторые научные сотрудники, которым понадобился год, чтобы понять то, о чем я говорю. А кто-то до сих пор со мной часто не согласен, и это нормально.
Второй важный момент, который я услышала на одной из первых стратегических сессий: ученого мотивирует самолюбование и свобода самовыражения. Самолюбование в хорошем и уникальном для каждой личности смысле. Эго таких людей нужно максимально беречь. Если в других сферах эгоцентриков принято приземлять, то с учеными этого делать категорически нельзя. Их можно аккуратно направлять, поддерживать, но никогда не переходить эту эмоциональную границу, потому что в ней кроется искра и творческий потенциал.
С учеными и внешним миром работаем через любовь. Как говорил мой профессор в бизнес-школе Сколково, есть такая штука, называется ZOPA — это Zone of Possible Agreement. Мы, по сути, ищем ZOPA с каждым нашим научным сотрудником, когда что-то пытаемся построить, рассказать миру.
Постепенно это принесло результат. В институте более 250 научных сотрудников, от младших исследователей до профессоров и докторов наук. Изначально многие относились к нам с большим скептицизмом, считая маркетинг пустой тратой времени. Постепенно лед тронулся, у большинства отношение изменилось. Коллеги начали откликаться на наши запросы и прислушиваться к рекомендациям. Однажды руководитель одной из лабораторий прямо сказал мне, что понял, зачем институтам маркетинг, и считает нашу команду лучшей среди научных организаций. Этот комплимент до сих пор меня греет.
Как работа в мужском коллективе повлияла на вас и что помогает сохранять себя?
Когда долго работаешь среди большого количества мужчин, в какой-то момент начинаешь воспринимать себя как бесполого профессионала. На первом плане — задачи и результат, а женственность постепенно отходит на второй план. Я поняла, что важно возвращать баланс.
В этом мне помогают падел, стендовая стрельба и аргентинское танго. Спорт приводит в порядок эмоциональное и физическое состояние, а танцы позволяют снова почувствовать женственность и ту часть себя, которая редко проявляется в рабочей среде.
В стереотипный work-life balance я не верю. Первые три года я вообще не ходила в отпуск — приоритет был максимально на работе. Когда ты строишь что-то с нуля, баланс всегда смещается в сторону цели, от которой у тебя горят глаза, он индивидуален.
Что бы вы посоветовали человеку, который хочет работать в научном маркетинге, но переживает, что недостаточно хорошо разбирается в технологиях?
Для начала важно понять, куда именно ты собираешься идти, потому что научные институты разные. Во-вторых, я бы рекомендовала найти примеры тех, чья работа нравится вам и чья не нравится, для того чтобы выстроить ориентиры и оценить свои возможности.
В любом случае в научных коммуникациях не надо делать вид, что ты понимаешь все. Гораздо важнее уметь задавать вопросы и быть готовым разбираться в ответах, порой чувствуя, что с каждым новым ответом вопросов появляется еще больше. До AIRI я сама была далека от технологий. Меня точно нельзя было назвать человеком, который сразу пробует все новое.
Уже работая в Институте, я погрузилась в среду и начала понимать, как она устроена. Конечно, сейчас, если мне не хватает знаний, всегда могу обратиться к ученому и получить мнение из первых рук.
И один из главных навыков в научном маркетинге — критическое мышление. Еще на первом собеседовании генеральный директор сказал: «Александра, вам придется научиться отличать буллшит от настоящего». Сейчас мы достигли пика информационного шума вокруг технологий. Половина из того, что говорят — это просто хайп, который пока не имеет под собой прочного фундамента.
Насколько активно вы и ваша команда используете искусственный интеллект? Устраивает ли вас качество современных инструментов и какие навыки теперь нужны маркетологу?
ИИ полностью трансформирует профессию. Сегодня любой человек, работающий в коммуникациях, должен понимать, какие задачи можно делегировать ИИ и как за счет этого повысить свою эффективность.
Я не верю, что нейросети убьют профессию маркетолога, но аутсайдерами станут те, кто не будет успевать за изменениями.
Мы, конечно, используем нейросети для работы с текстами: упростить материал, сделать краткую выжимку, изменить тон коммуникации или быстро разобраться в незнакомой теме. Дизайнерам ИИ помогает создавать изображения. Claude Code, например, может подготовить неплохой черновик презентации, если дать ему достаточно информации. Но это именно черновик, его приходится дорабатывать вручную.
При этом прямую коммуникацию мы ИИ не поручаем никогда — ни внутри команды, ни во взаимодействии с внешней аудиторией. Здесь, на мой взгляд, должно сохраняться общение человека с человеком. Есть ситуации, в которых замена человека ИИ не упрощает коммуникацию, а только вызывает раздражение. Недавно я столкнулась с банковским ботом, который не смог решить простой вопрос, и в итоге мне пришлось самой искать ответ в интернете. Если бы трубку взял сотрудник, мы бы разобрались за 30 секунд.
Я использую ИИ и во время брейнштормов — забрасываю ему свои мысли и пытаюсь вместе развить идею. Как участник обсуждения он вполне достойный, но как автор пока не устраивает. ИИ может докрутить креатив, описать его и визуализировать, но сама идея начинается с человеческой фантазии, а ее у современных моделей пока нет.
Также одной из главных компетенций маркетолога становится критическое мышление. Нужно уметь отличать качественную генерацию от неудачной, понимать, стоит ли результат внимания, и не принимать первый ответ за готовое решение. Оценка остается за профессионалом, а насмотренность и ее развитие всегда будет базовой потребностью хорошего специалиста.
Есть и еще один важный навык — умение остановиться и пересмотреть собственные процессы. Когда у небольшой команды огромный бэклог, сложно выделить время и разобраться, что можно передать ИИ. Но иногда стоит потратить несколько дней, изучить разные инструменты и подобрать подходящие под задачи: один лучше работает с текстами, другой — с изображениями, третий — с таблицами. В дальнейшем это экономит время и силы.
Я смотрю на эту трансформацию скорее с оптимизмом. ИИ может забрать часть рутины и освободить время для задач, в которых особенно важны креативность, профессиональный взгляд и умение понимать других людей. Поэтому маркетологу не стоит конкурировать с технологией — нужно научиться использовать ее как помощника и при этом сохранять человеческое в коммуникации.
Источник новости: hi-tech.mail.ru
